С низким качеством, а то и с откровенными фальсификациями инженерных изысканий сталкиваются все заказчики. И Государственная компания «АВТОДОР» не является исключением. На прошедшем в Сочи в конце мая Международном форуме дорожных инициатив «Инновационные технологии и интеллектуальные транспортные системы в дорожном строительстве» мы поговорили об этом с генеральным директором ООО «Автодор-Инжиниринг» Константином Могильным. Одна из функций организации, которую он возглавляет, – контроль качества инженерных изысканий при разработке проектной документации объектов госкомпании. «У многих подрядчиков есть целый ряд одинаковых проблем: начиная от низкой квалификации персонала, склонности к «рутинной фальсификации» и до дефицита лабораторий. Все это создает огромные риски для проектов», - считает он.
Ред.: С недавних пор Государственная компания «Автодор» осуществляет жесткий контроль за всеми выполняемыми для нужд госкомпании инженерными изысканиями. Эта функция возложена на ООО «Автодор-Инжиниринг». С Вашей точки зрения, супервайзинг действительно способствует повышению достоверности работы изыскателей?
К.М.: Да, я в этом абсолютно уверен. У многих подрядчиков есть целый ряд одинаковых проблем: начиная от низкой квалификации персонала, склонности к «рутинной фальсификации» и до дефицита лабораторий. Все это создает огромные риски для проектов.
У нас был один объект, на котором мы, в качестве эксперимента, на лето наняли людей, перед которыми была поставлена всего одна задача: снимать процесс бурения от установки буровой на точку и до завершения работы. Производительность труда сразу упала в 5 раз! При работающей камере с 9 утра до 16 часов буровики проходили не более 15 метров. А до этого было 75 метров.
Они выдержали неделю и разорвали договор, заявив, что работа им не интересна. Наняли следующих – они проработали месяц и также отказались от сотрудничества. В итоге заход в экспертизу был сорван на 6 месяцев, потому что не могли выполнить необходимый объем бурения.
Есть другой пример. Однажды нам потребовалось актуализировать результаты инженерно-геологических изысканий по одному из объектов. Специалисты взяли данные по ранее пробуренным скважинам, посмотрели их, сориентировались на местности и заявили – мы не можем в такую-то точку зайти – там болото и лес глухой, подъездов нет. Мы подняли архивы и выяснилось, что эта же компания, но с другим мастером, прекрасно «выполняла» работы на этой точке пять лет назад.
Такую же ситуацию мы наблюдаем и с экологическими исследованиями, и с инженерно-гидрометеорологическими изысканиями, и даже с геодезией. Иными словами, необходимо полностью менять существующие подходы к выполнению инженерных изысканий и к контролю за ними.
Тут, правда, возникает целый ряд вопросов – кого нанимать в супервайзеры? Тех, кто лучше исполнителя знает, как работать? Где взять этих людей, где взять деньги на оплату их труда? Деньги, предположим, можно найти. Но даже если нам дадут приказ нанять какую-то организацию для супервайзинга – кого мы наймем? Какой организации, работающей на аутсорсинге, мы можем доверять? Какие требования нужны к фото- видеофиксации, с каких сторон нужно снимать, фиксировать ли все время бурения или только первый и последний подъем штанги? Вопросов много, на которые у меня пока нет ответа.
Фото с сайта Автодор-Инжиниринг
Ред.: Можно ли вести какую-то работу по допуску к объектам ГК «Автодор» компаний, обладающих необходимыми квалификациями и опытом, чтобы снизить количество брака и фальсификаций?
К.М.: Да, это отдельная болезненная тема. Где взять такое количество квалифицированных буровых бригад? Ведь в стране ведется множество строек, это не только автодороги и сопутствующая инфраструктура. А, к сожалению, на рынке имеется много «буровых компаний» специализирующихся на скважинах «на воду», а не на инженерно-геологических изысканиях. Редкие из них знают, что такое двойное колонковое бурение и т.д.
Поэтому, конечно, нужен отбор компаний, допускаемых к работам, нужна стандартизация исследований.
Ред.: Вы рассказываете о большом объеме фальсификаций и брака, выявляемых супервайзерами. Не сказывается ли это на сроках работ, особенно с учетом желания государства ускорять строительство?
К.М.: С точки зрения выполнения программ изысканий, например, по М-12, у нас нет проблем, мы укладываемся в требуемые сроки. И это даже при условии, что на начальном этапе около 80% первых результатов полевых испытаний мы отклонили как низкокачественные. В частности, отбраковали скважины, пробуренные шнеком или мотобуром. Такие результаты все равно никакой пользы для проекта не принесут. Позже все запланированные объемы работ были выполнены, многие с двойным переделом.
С этим, кстати, отдельная история. Одни подрядчики нам рассказывали, что мотобуром выполнялись работы в труднодоступных местах, а по факту оказалось, что им бурили фейковые скважины в поле на пашне. Нам как-то пришло видео, высланное одним из подрядчиков по ошибке, где они откровенно обсуждают фальсификацию скважины при помощи этого мотобура.
Фото с сайта Автодор-Инжиниринг
Ред.: Последний вопрос. Вы уже сказали про отсутствие внятных регламентов к выполнению работ, их приемке и к супервайзингу. Скажите, пожалуйста, нормативная база в целом, а также внедрение так называемого параллельного проектирования способствуют качественному выполнению инженерных изысканий в необходимые сжатые сроки?
К.М.: Если раньше соотношение работ для стадий П и РД было примерно 40/60, то теперь все 100% изысканий надо выполнить в самом начале. В результате на этапе рабочего проектирования при уточнении технических решений у заказчика отсутствует возможность проводить изыскания, что приводит к сложным дискуссиям с подрядчиком.
Почему такие изменения, которые имеют невероятно важный регулирующий эффект для отрасли, решаются таким образом, даже без апробирования? Я не сомневаюсь, что повод для таких изменений был. Но на практике возникают вышеуказанные проблемы. В результате строители, которые и так постоянно в зоне риска, вынуждены сами привлекать геологов и за свои средства выполнять уточняющие инженерные изыскания на нужных им точках.