В марте 2021 года компания «Норильский никель» выплатила всю сумму назначенного судом штрафа за экологические последствия аварии на ТЭЦ в мае 2020 года. Дело закрыто, теперь предстоит долгая реабилитация хрупкой арктической экосистемы. Однако мы все же решили еще раз обсудить причины аварии, исследовать имеющиеся документы и попытаться понять – можно ли было предотвратить эту аварию и аналогичные аварии в будущем.
Норильск, согласно открытым данным, является одним из самых загрязненных городов в России. По итогам 2020 года он занимал пятую строчку, уступая только Новокузнецку, Магнитогорску, Нижнему Тагилу и, конечно, Челябинску. За тот год в атмосферу города было выброшено 1,7 млн тонн вредных веществ. Для сравнения в Красноярске эта цифра составляет «всего» 190 тысяч тонн.
В Постановлении Совета Федерации, принятом в ноябре 2020 года, особо отмечено, что экономика Норильска монопрофильна. «На долю Заполярного филиала публичного акционерного общества «Горно-металлургическая компания „Норильский никель“» приходится более 80 процентов объемов всего промышленного производства. Другие предприятия и организации функционируют для обеспечения основного производства и жизнеобеспечения города». Поэтому авария, случившаяся в Норильске на ТЭЦ в мае 2020 года, когда из накопительного бака вылилось около 21 тысячи тонн дизельного топлива и попало в почву и реки, не только нанесла дополнительный существенный ущерб экологии Арктики, но и привлекла к этой проблеме самое пристальное внимание во всем мире, а особенно – российских властей.
Именно причинам этой аварии, ставшей крупнейшим экологическим бедствием в нашей стране за последние годы, посвящена эта статья. На днях АО «Норильский никель» выплатил рекордный штраф почти в 150 млрд рублей. А ведь можно было не допустить аварию и предотвратить ущерб природе, который, по мнению экспертов, придется ликвидировать десятилетия.
О причинах аварии можно судить по двум документам – решению суда, в котором они подробно изложены, а также по акту технического расследования причин аварии. Впрочем, есть и точки зрения, высказанные экспертами.
Согласно первому упомянутому документу, эксплуатация аварийного резервуара осуществлялась ответчиком с многочисленными, в том числе грубыми, нарушениями законодательства, что подтверждается материалами внеплановых проверок, актами о привлечении ответчика к административной ответственности, актом технического расследования причин аварии.
Обстоятельства разлива нефтепродуктов свидетельствуют о том, что ответчиком не были обеспечены надлежащие предупредительные мероприятия, которые позволили бы предотвратить или уменьшить причинённый вред.
При этом, кстати, представители ответчика заявили в суде, что «предупредительные мероприятия были реализованы в полном объёме; выявленные нарушения ответчика и его должностных лиц не являются непосредственными причинами произошедшей аварии; кроме того, причинами аварии явились недостатки проектирования при конструировании железобетонного свайного основания; также не исключено воздействие обстоятельств непреодолимой силы природно-климатического характера (растепление грунтов по причине таяния вечной мерзлоты)».
Именно последнее, по мнению ряда экспертов (и вопреки заключению суда), и стало реальной причиной аварии. При этом очевидно, что относить растепление грунтов по причине таяния вечной мерзлоты на обстоятельства непреодолимой силы нельзя. Подобные явления повсеместно встречаются на территориях распространения вечномерзлых грунтов и с ними успешно справляются, в том числе применяя термосифоны и прочие технические средства. Если же это было невозможно, следовало немедленно прекратить эксплуатацию сооружений, расположенных в зоне растепления грунтов.
Согласно Акту техрасследования, 29 мая 2020 года на территории резервуарного парка ХАДТ АО «НТЭК» в результате превышения допустимых усилий произошло цепное разрушение 33 свай-стоек из 160 (21% от общего количества), расположенных по контуру и внутри свайного пространства резервуара №5, разрушение монолитного железобетонного основания на площади около 300 м2 и его просадка до 1,5 м под днищем резервуара, что повлекло разгерметизацию резервуара №5 с последующим истечением дизельного топлива в объеме 25 324,566 м3 (21 163,3 т. при принятой плотности 812,5 кг/м3).
При обрушении бетонного основания резервуара под днищем образовался провал размером 20х18х1,5м общей площадью около 290 м2.
Миновав обвалование резервуара №5, дизельное топливо вытекло за пределы промзоны резервуарного парка на почву, в последующем попав в водные объекты: ручей Безымянный, реки Далдыкан, Амбарная, озеро Пясино, а также реку Пясина.
Причинами аварии в Акте техрасследования указаны:
Впрочем, как уже было сказано выше, причины, связанные с растеплением грунтов основания, суд отверг.
Как сказано в резолютивной части решения, «ссылки ответчика на растепление грунтов, как обстоятельство непреодолимой силы, опровергаются экспертным заключением по материалам проектной документации «Проект рекультивации земель, загрязненных в результате аварийного разлива дизельного топлива», составленного ФГБУН Институт почвоведения и агрохимии Сибирского отделения Академии наук, заключением по результатам обследования основания резервуара №5 ХАДТ ТЭЦ-3 АО «НТЭК», выполненного АО «Всероссийский научно-исследовательский институт гидротехники имени Б.Е. Веденеева.
Согласно п.6 характеристики инженерно-геологических, мерзлотных и гидрогеологических условий строительной площадки (приложение №11 к акту приемки в эксплуатацию государственной приемочной комиссией законченного строительством пускового комплекса II очереди Надеждинского металлургического завода) все здания и сооружения Надеждинского металлургического завода (ТЭЦ-3 входило в состав Надеждинского металлургического завода Норильского горно-металлургического комбината-пп. «ж» акту приемки в эксплуатацию государственной приемочной комиссией законченного строительством пускового комплекса II очереди Надеждинского металлургического завода) построены на скальном основании.
Доводы ООО «Безопасность в промышленности» о несоответствии выводов заключения АО «Всероссийский научно-исследовательский институт гидротехники имени Б.Е. Веденеева» об отсутствии деградации мерзлоты результатам проведенных измерений судом не принимаются, поскольку выводы о распределении температуры по глубине скважин приведены в таблицах на стр. 27-29 заключения в отношении скважин №1-6, расположенных под резервуаром, а не №9,10 и полученные результаты подтверждают данные о глубине залегания мерзлых пород на этапе строительства (3,5 – 4,5 м), говорят об отсутствии деградации мерзлоты за период эксплуатации сооружения. Также в заключении отмечено, что по имеющимся сведениям об эксплуатации сооружения, факторов, свидетельствующих о растеплении основания, не отмечалось».
По нашему мнению, после рассмотрения проектной и рабочей документации, датируемой 1975 г., 1981 г., 1984 г., 2010 г., 2020 г., можно согласиться с решением суда о том, что выбранный принцип строительства и сооруженный свайный фундамент под резервуаром согласно рекомендациям изыскателей и последующего проекта (погруженный в трещиноватое скальное основание не менее чем на 0,5 м и 2 D сваи после проходки разрушенного слоя в невыветрелую часть массива) снимает все попытки защиты найти причину проблем в растеплении мерзлоты – оно изначально закладывалось в проект.
Разрез по линии А-А через центры резервуаров 4-5 свидетельствует о залегании скальных грунтов на глубинах от 4,5 м (скв. А-2725) до 6 м (скв. А-2721; А-2720):
Рис. 1. Разрез по линии А-А через центры резервуаров 4-5
Рис. 2. Разрез по линии А-А через центры резервуаров 4-5
Свайное поле было сформировано сваями НСФ40-12 (66 шт.), 14 (70 шт.), 16 (24 шт.) длинной от 12 м до 14 м, врезанными в коренные породы через выветрелую зону более чем на несколько метров.
Рис. 3. Свайное поле
Рекомендации по изысканиям для резервуаров были следующими:
Рис. 4. Рекомендации по изысканиям для резервуаров, 1981 г.
Рис. 5. Рекомендации по изысканиям для резервуаров, 1975 г.
Таким образом, изначально выбранный II принцип строительства и его реализация через установку свайного фундамента на скальное основание снимает вопросы, связанные с изменением температурного режима мерзлоты под резервуаром, которая тем не менее спустя 30 лет по данным 2010 г. по всем скважинам по прежнему находилась в стабильно-мерзлом состоянии в диапазоне температур от -0,6С до -1,0С на глубине нулевых годовых амплитуд (порядка 4-6 м).
Рис. 6. Результаты температурного мониторинга
А вот вопросы к строителям и эксплуатационникам остаются – например, в журнале бетонных работ от 1984 г. есть такая запись:
Рис. 7. «Работы по бетонированию ванны баков №4,5 не выполнены временно остановлены» и далее их до окончания журнала нет…
Рис. 8. Работы окончены
Вызывают интерес и работы по обвалованию резервуара, выполненные в 1982 г. В соответствии с рабочими чертежами высота вала составила всего 1 м.
Рис. 9. Поперечный профиль
После аварии руководство АО «НТЭК» рассматривало возможность привлечения ряда организаций для оценки возможных причин аварий. Был там и научно-исследовательский коллектив сотрудников Геологического факультета им. М.В. Ломоносова. Несмотря на то, что специалистов из МГУ в итоге к работе не привлекли, они успели разработать проект инженерно-геологических изысканий на основе анализа архивных документов и результатов изысканий прошлых лет; определить предварительные причины аварии; сформулировать вопросы, на которые необходимо получить ответы для окончательного определения виновника событий.
В частности, в рамках технического задания было запланировано комплексное обследование резервуара: металлического корпуса, строительных конструкций фундаментной части и конструкций обвалования защитного каре, определение фактической длины свай сейсмоакустическим или альтернативными методами, инженерно-геологические и геофизическое исследования грунтов основания под резервуаром и его защитным каре.
Заказчиком были переданы имеющиеся в наличии фондовые материалы разных стадий реализации проекта строительства и эксплуатации резервуара, с комментарием, что часть документов отсутствует и будет запрошена в фондах и архивах.
Рассмотрение полученных материалов привело к следующим выводам:
Несоответствие проекту
Отсутствие сведений в представленной документации
Нарушения при возникновении аварийной ситуации
— Планом мероприятий по локализации и ликвидации последствий аварий на ОПО «Топливное хозяйство» АО «НТЭК» (утвержден 28.01.2020 генеральным директором АО «НТЭК», согласованный и.о. начальника Газоспасательной службы ЗФ ПАО «ГМК «Норильский Никель» Д.Б. Лиходеевым 28.01.2020 и начальником ОПО-2 УПБ ЗФ ПАО «ГМК «Норильский Никель» О.Ю. Пилюгиным 28.01.2020)
— Планом по предупреждению и ликвидации аварийных разливов нефти
и нефтепродуктов «Хранилище аварийного дизельного топлива ТЭЦ-3 АО «НТЭК»
(утвержден генеральным директором АО «НТЭК» 26.07.2019 и письмом МЧС
от 20.09.2019 № 11-2-4469).
Нет основания для принятия решения по увеличению уровня налива резервуара до максимального проектного значения (16,7 метра) при наличии ограничения в предыдущий период эксплуатации до уровня 12,3 м
Эти предварительные выводы, вопросы и факты были озвучены Заказчику, после чего общение с представителями МГУ им. М.В. Ломоносова прекратилось без объяснений причин.
Аварии, наносящие существенный вред экологии, в последние годы случаются все чаще. Сказывается изношенность инфраструктуры и, главное, часто халатное отношение к этому собственников. Безусловно, решение этих проблем должно стать одной из первоочередных задач как федеральных, так и региональных властей. Особенно это важно на российском Севере, где специалистами отмечается особенно высокая чувствительность растительного и животного мира к антропогенному воздействию.
Отрадно, что компания «Норильский никель» выплатила полностью весь назначенный судом штраф, сумма которого является беспрецедентной для нашей страны. Теперь важно, чтобы эти средства были направлены на ликвидацию последствий аварии, восстановление пострадавшей экосистемы, а также на предотвращение аварий в будущем.
наверх
Поделиться
Поделиться
Скопировать ссылку
Оформить подписку